Исполнение в натуре пошаговая инструкция по подготовке иска

Ваш браузер не поддерживает HTML5 аудио.

Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.05.2023 N 17АП-3732/2023(1)-АК по делу N А60-7495/2023
Требование: Об отмене определения о принятии обеспечительных мер.
Решение: Определение оставлено без изменения.Вопросы о наличии либо отсутствии оснований обязанности ответчика по поставке истцу спорного оборудования ввиду того, что денежные средства возвращены покупателю в полном объеме и спорными сделками не предусмотрена передача лизингового имущества, наличие либо отсутствие доказательств недобросовестности ответчика при заключении сделки и при ее исполнении, вопреки позиции подателя жалобы не могут быть рассмотрены в рамках заявления о принятии обеспечительных мер. Данные обстоятельства подлежат установлению и оценке при рассмотрении по существу искового заявления о понуждении к исполнению договорных обязательств в натуре и не исключают применение обеспечительных мер.

Наиболее часто поручительство и залог обеспечивают надлежащее исполнение денежных обязательств. Тем не менее, они также могут обеспечивать надлежащее исполнение и неденежных обязательств. Такая возможность прямо закреплена действующим законодательствомПункт 1 статьи 361 Гражданского кодекса РФ («ГК РФ»). и разъяснениями Верховного cуда РФПункт 2 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 24 декабря 2020 года №45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве»; пункт 28 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 27 июня 2023 года №23. («ВС РФ»).

В таких случаях в силу «неденежной» природы обеспечиваемого обязательства поручительство и залог не могут помочь кредитору получить то, что ему причитается по обеспеченному обязательству в натуре, в связи с чем средства, полученные от поручителя или в результате реализации предмета залога, используются в иных целях. Так, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником неденежного обязательства у кредитора возникают денежные требования, которые удовлетворяются за счет предоставленного обеспечения, например, требования о возмещении убытков, взыскании неустойки и возврату аванса. Именно эти требования обеспечивают поручительство и залог.

Например, если договор поручительства заключен в обеспечение надлежащего исполнения обязательства должника осуществить поставку товара, то в случае нарушения должником указанной обязанности и возникновения у кредитора убытков, поручительство будет обеспечивать обязательство должника по возмещению кредитору убытков.

Определение обеспечиваемого обязательства в таком договоре поручительства или договоре залога может выглядеть, например, следующим образом:

«„Обеспеченные обязательства“ означает все существующие в любой момент времени обязательства [должника] перед [кредитором / залогодержателем] по [обеспечиваемому документу / документации по сделке], в каждом случае настоящие или будущие, фактические или условные, принятые единолично или совместно, включая обязательства:

1. [привести описание обязательств, составляющих предмет [обеспечиваемого документа], а также иных обязательств по [обеспечиваемому документу / документации по сделке], надлежащее исполнение которых необходимо обеспечить (например, обязательство по передаче акций, поставке товара и т. д.)];
2. по уплате всех расходов, издержек, убытков, возмещения потерь, а также штрафных санкций, подлежащих уплате в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств [должника] по [обеспечиваемому документу / документации по сделке];
3. по возмещению всех издержек, которые [кредитор / залогодержатель] может понести при осуществлении своих прав по [обеспечиваемому документу / документации по сделке] при взыскании задолженности, и других расходов и убытков [кредитора / залогодержателя], вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением [должником] своих обязательств [обеспечиваемому документу / документации по сделке];

[…]»

Механизм обеспечения поручительством и залогом неденежных обязательств также интересен тем, что в отдельных случаях при исполнении поручителем у кредитора остается право требовать реального исполнения от должника. Так, например, когда ненадлежащее исполнение основного обязательства должника исправимо (например, поставка некачественного товара, сдача результата работ с дефектами), и у кредитора остается право требовать реальное исполнение в форме требования исправить дефекты, такое требование кредитор может совместить с требованием о возмещении убытков или уплате неустойки (пункт 1 статьи 396 ГК РФ). Уплата поручителем причитающихся кредитору сумм не прекратит основное обязательство, что существенно отличается от ситуации с обеспечением денежного исполнения, где интересы кредитора могут быть удовлетворены поручителем в полном объеме.

Для прямого закрепления данного правила договора поручительства или залога может предусматривать положение в следующем ключе:

«Исполнение [поручителем / залогодателем] части Обеспеченных обязательств [или их частичное удовлетворение за счет средств, полученных в результате реализации [заложенного имущества]] не прекращает обязательства [должника] по исполнению Обеспеченных обязательств в натуре, если такая возможность сохраняется в соответствии со статьей 396 ГК РФ.»

Таким образом, указанные выше особенности поручительства и залога при обеспечении неденежных обязательств не служат цели поставить кредитора в такое положение, в котором он находился бы, если бы обеспеченное обязательство было исполнено надлежащим образом. Первоначальный интерес кредитора в надлежащем исполнении не удовлетворен, и предоставленные поручителем средства направлены лишь на погашение возникших денежных требований, убытков или потерь. Подобный недостаток обеспечительных конструкций в данном случае компенсируется предусмотренным законом правом кредитора требовать реального исполнения, будь то путем требования исправить возникшие дефекты либо предъявления должнику иска о присуждении к исполнению обязательства в натуре.

29 сентября Верховный Суд вынес Определение № 307-ЭС22-4418 по делу № А56-12118/2020, в котором рассмотрел вопрос о допустимости понуждения должника исполнить обязанность перед покупателем в натуре в случае неоплаты продукции.

АО «Производственное объединение «Северное Машиностроительное Предприятие» и АО «Завод «Киров-Энергомаш» заключили договор, в соответствии с которым завод обязался изготовить и передать предприятию турбонаддувочный агрегат. Согласно договору, поставка продукции должна была быть осуществлена исполнителем в сроки, указанные в ведомости поставки. На первом этапе должна была осуществляться поставка продукции для проведения испытаний в течение 18 месяцев с момента выплаты аванса, на втором этапе поставка продукции должна была осуществляться после проведения испытаний в течение 23 месяцев с момента выплаты аванса. Аванс в установленном договором размере заводом был получен в полном объеме.

Контрактом также была предусмотрена ответственность исполнителя за нарушение согласованных сроков по этапам ведомости поставки в виде пени 0,05% от цены продукции за каждый день просрочки, но не более 7,5% от ее цены. Согласно протоколу согласования цены, ориентировочная цена изготовления и поставки продукции по договору составляет 123 млн руб. с учетом НДС.

Поскольку обязательства по поставке продукции в соответствии с условиями договора не были исполнены заводом, предприятие, начислив неустойку за просрочку поставки в соответствии с условиями договора, обратилось с иском в арбитражный суд. Истец просил взыскать с завода 18 млн руб. неустойки за просрочку поставки продукции частично по первому и по второму этапам, обязать его выполнить поставку продукции стоимостью 123 млн руб. в течение 10 дней после вступления решения суда в законную силу. В случае неисполнения решения суда в части неимущественных требований истец просил взыскать с ответчика судебную неустойку.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области иск был удовлетворен частично: суд обязал завод исполнить обязательство по поставке (отгрузке) изготовленной продукции по указанному договору в течение одного месяца с момента вступления решения суда в законную силу. В целях побуждения ответчика к своевременному исполнению обязательства по поставке (отгрузке) продукции суд взыскал с завода в пользу предприятия судебную неустойку в размере 10 тыс. руб. за каждый день просрочки исполнения решения суда по день его фактического исполнения. В удовлетворении остальной части иска суд отказал. При этом он руководствовался положениями ст. 65, 71 АПК РФ, ст. 308.3, 309, 310, 330 ГК РФ и пришел к выводу о доказанности истцом факта неисполнения ответчиком принятых на себя обязательств.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда решение первой инстанции было изменено, с завода в пользу предприятия взыскана неустойка за период с 11 июня 2019 г. по 18 ноября 2020 г. в размере 7 млн руб., в остальной части решение суда первой инстанции оставлено без изменения. Апелляционный суд руководствовался условиями заключенного договора, которыми согласована возможность применения неустойки за просрочку сроков выполнения не по контракту в целом, а по отдельным этапам ведомости поставки.

Арбитражный суд Северо-Западного округа оставил без изменения постановление апелляции в части взыскания с завода в пользу предприятия неустойки. Однако окружной суд отменил судебные акты первой и апелляционной инстанций в части обязания завода исполнить обязательство по поставке продукции и взыскания судебной неустойки, в удовлетворении иска в данной части было отказано. Кассация отметила, что договор является смешанным, содержащим элементы договоров на выполнение опытно-конструкторских и технологических работ, подряда и поставки, и в силу п. 3 ст. 769 ГК РФ риск случайной невозможности исполнения договоров на выполнение опытно-конструкторских и технологических работ несет заказчик, если иное не предусмотрено законом или договором. При этом суд округа принял во внимание доводы ответчика о вероятной невозможности изготовления спорной продукции и ее поставки. Кассация также пришла к выводу, что покупатель не может понудить должника исполнить обязанность по поставке продукции в натуре, поскольку продукция не оплачена и истец в данном случае может защитить права иным способом, установленным законом.

Не согласившись с решением кассационного суда в части отказа в удовлетворении иска, АО «Производственное объединение «Северное Машиностроительное Предприятие» обратилось с кассационной жалобой в Верховный Суд, ссылаясь на существенные нарушения судом норм материального и процессуального права, повлиявшие на исход судебного разбирательства.

Рассмотрев дело, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС подчеркнула, что в силу абз. 8 ст. 12 ГК РФ одним из способов защиты является присуждение к исполнению обязанности в натуре. Суд указал, что, делая вывод о том, что договор является смешанным, содержащим элементы договоров на выполнение опытно-конструкторских и технологических работ, подряда и поставки, суд округа фактически освободил ответчика от исполнения обязательства на основании п. 3 ст. 769 ГК РФ.

Судебная коллегия напомнила, что по смыслу п. 1 ст. 308.3 ГК РФ кредитор не вправе требовать по суду от должника исполнения обязательства в натуре, если осуществление такого исполнения объективно невозможно. При предъявлении кредитором иска об исполнении должником обязательства в натуре суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, определяет, является ли такое исполнение объективно возможным.

Читайте также

ВС отметил, что, разрешая вопрос о допустимости понуждения должника исполнить обязанность в натуре, суд учитывает не только положения ГК РФ, иного закона или договора, но и существо соответствующего обязательства (абз. 2 п. 22 и абз. 1 п. 23 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. № 7). Экономколлегия разъяснила, что, освобождая ответчика от исполнения вышеуказанного обязательства, суд округа не учел, что материалы дела не содержат каких-либо доказательств невозможности его исполнения. В определении подчеркнуто, что в судебном заседании представители ответчика и третьего лица обратили внимание на то, что договор между сторонами спора не расторгнут, ответчиком поставляется аналогичная продукция в рамках других договоров, однако эти обстоятельства судами не исследовались.

Суд также не согласился и с выводами первой и апелляционной инстанций о возможности исполнения обязательства по поставке (отгрузке) продукции, поскольку вопрос о наличии либо отсутствии фактической возможности исполнения обязательства судами не исследовался. В определении указано, что нижестоящие суды не исследовали обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, не дали должной оценки доводам участвующих в деле лиц о наличии либо отсутствии возможности исполнения обязательства по поставке (отгрузке) спорной продукции. Таким образом, Верховный Суд отменил принятые по делу судебные акты в части требования предприятия исполнить обязательства по поставке продукции и взыскания судебной неустойки, направив дело в данной части на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Читайте также

Руководитель арбитражной практики КА «ТАКТИК ПРО» Александр Данилов отметил, что в деле был затронут интересный вопрос – может ли покупатель понудить поставщика передать товар при условии, что товар со стороны покупателя не оплачен. Эксперт указал, что суд округа при анализе положений ГК РФ пришел к выводу, что в такой ситуации понуждать поставщика нельзя. ВС, отменяя судебные акты нижестоящих судов, никак не опроверг такой вывод, а лишь констатировал отсутствие установленных обстоятельств объективной возможности (либо невозможности) поставить товар, пояснил Александр Данилов. «В договорах поставки нередко содержатся условия о том, что оплата товара происходит после приемки его покупателем. В таких ситуациях на практике при просрочке поставщика в передаче товара обычно происходит отказ от договора и взыскание неустойки за просрочку. Но и иски о понуждении передать товар в них тоже имеют место быть, и отказ в защите права в виде понуждения поставить покупателю товар, который будет оплачен после приемки в соответствии с условием договора, был бы не совсем справедливым», – прокомментировал эксперт.

Юрист, к.ю.н. Дарья Петрова подчеркнула, что при рассмотрении вопроса о возможности требования от должника исполнения его обязательства в натуре в определении речь идет не о денежном обязательстве, а о передаче товара. Эксперт поделилась, что до реформы ГК и появления в нем ст. 308.3 на практике было сложно понять, когда суд может присудить исполнение обязательства в натуре. «Суды крайне неохотно шли на такие решения, и нередко исполнение обязательства в натуре ограничивалось правилами ст. 398 ГК РФ о последствиях неисполнения обязательства передать индивидуально определенную вещь», – уточнила Дарья Петрова.

Как отметила эксперт, с появлением в ГК РФ ст. 308.3 ситуация кардинально изменилась. Она указала: теперь ГК РФ прямо и недвусмысленно предусматривает, что кредитор вправе требовать от должника исполнения его обязательства в натуре. Исключение составляют случаи, когда обязательство объективно невозможно исполнить: например, гибель индивидуально определенной вещи (п. 23 Постановления № 7), добавила Дарья Петрова. «Верховный Суд фактически напоминает нижестоящим судам о действующем регулировании. Он указывает на то, что в рамках дела не был полноценно исследован вопрос о невозможности исполнения должником обязательства. Поэтому решение об отказе в обязании ответчика передать товар было необоснованным», – считает она.

Юрист разъяснила, что ВС не вводит какого-то нового толкования норм и не предлагает новых подходов. Вместе с тем Суд придерживается буквального толкования правил ст. 308.3 ГК РФ и разъяснений, данных им в 2016 г., что, по мнению эксперта, заслуживает поддержки. Это свидетельствует о том, что практика присуждения к исполнению обязательства в натуре имеет позитивную тенденцию и впредь будет развиваться в направлении защиты кредиторов, которые заинтересованы в получении необходимого им товара, а не просто в возмещении убытков, полагает Дарья Петрова.

Ассоциированный партнер, адвокат юридической фирмы «ЮСТ» Дмитрий Мальбин поддержал позицию ВС, поскольку суды, принудив должника к исполнению обязательства, не исследовали вопрос о реальной возможности исполнения обязательства в натуре. «Договор является обязательным для сторон. В силу принципа pacta sunt servanda (“договоры должны исполняться”) суды при разрешении спора по договору должны отдавать предпочтение принуждению должника к исполнению взятого им на себя обязательства. Вместе с тем после заключения договора могут возникать различные ситуации, вследствие которых реальное исполнение оказывается объективно невозможным», – пояснил он.

В таких условиях, как отметил Дмитрий Мальбин, принуждение должника к исполнению является не только бессмысленным, но и юридически неверным, поскольку невозможность исполнения обязательства является основанием его прекращения (ст. 416 ГК РФ). В зависимости от обстоятельств и причин невозможности исполнения обязательства должен решаться вопрос о возмещении убытков должником или наступление иных последствий, уточнил эксперт.

«Представляется, что с учетом характера спора Верховный Суд мог дополнительно указать на положения ст. 396 и 405 ГК РФ и возможность взыскания с должника убытков, если исполнение обязательства в натуре оказалось невозможным по вине должника. Таким образом, суды при разрешении споров не могут ограничиться формальным установлением факта неисполнения обязательства для того, чтобы принудить должника к исполнению. В каждом конкретном случае суды должны установить реальную возможность исполнения обязательства», – резюмировал Дмитрий Мальбин.